Православное понимание чуда

Человек всегда стремился к чуду, мечтал о моментальном исполнении своих желаний... Но для истинной веры нет таких границ, которые чётко отделяли бы чудесное от обыденного. Вера и есть самое большое чудо, которое совершается в сердце человека.

«Истинное чудо, — писал отец Павел Флоренский, — совершается в духе верующего, когда усматривает он в видимо случайном волю Того, Которым „вся быша“». В жизни человека всегда есть место для необъяснимого, непредвидимого, непонятного, поэтому человек никогда не сможет исчерпывающе понять и объяснить свою же собственную жизнь. Человек ищет знамений, чудес, убегая от покаяния, от труда и радости жить со Христом. Вместо созерцания человек стремится к зрелищу, аффекту, эпатажу. Но вера не может глубоко укорениться в восхищённых переживаниях. Молитва — это не сверхъестественный механизм решения проблем, о котором мы вспоминаем тогда, когда остаётся надеяться только на чудо. Смысл жизни невозможно чётко сформулировать в своём сознании, он открывается сердцу как чудо присутствия Божия в жизни человека. Но для того, чтобы увидеть Бога и Его участие в нашей жизни, нужен труд, а не напряжённое ожидание чего-то необычного. Чудо — не сенсационное известие о каком-то очередном «явлении» или «знамении». Скорее всего, это радость и удивление Промыслу Божиему, который управляет всё к лучшему в каждое мгновение нашей жизни вопреки нашим близоруким прогнозам и ожиданиям. В этом смысле чудо — это торжество веры в мире холодного рассудка.

В дневнике отца Митрофана Серебрянского (духовника преподобномученицы Елизаветы) есть замечательные строчки, написанные им в окопах безнадёжной Русско-японской войны: «Сколько раз Господь спасает людей от всяких бед, а они этого и не замечают. Как же справедливы святые отцы, настойчиво требуя от людей трезвения, внимания ко всему, что происходит внутри и вне их существа, тогда наполовину меньше было бы неверующих». Только чудо могло спасти тогда Россию от поражения, но для отца Митрофана именно поражение и было чудом. Как гражданин он, конечно же, хотел, чтобы русская армия победила, но как христианин — благодарил за поражение. Ведь в этой трагедии Россия исцелялась от духовной опухоли гордости и тщеславия. Разумный взгляд на вещи даже в самом глухом тупике жизни усматривает волю Божию и её спасительную непостижимость. По мудрому выражению Иоанна Златоуста, воля Божия явно проявляется тогда, когда из безвыходных ситуаций находится выход. А разве это нельзя считать определением чуда?

Человек требует быстрого и безболезненного решения своих проблем и с таким настроем безучастно ожидает чуда: «Спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста» (Мф. 27:40). Но Господь ответил молчанием на это требование человека, и совершилось истинное чудо из чудес — Воскресение Христово. В свете Воскресения Христова чудесно, когда человек меняется, становится лучше. Но меняется человек, как известно, не в одно мгновение, а путём медленного перерождения.

Истинное чудо — «не приобретение сверхъестественных или чуждых человеку качеств, — писал Максим Исповедник, — но восстановление тех качеств, которые были нам свойственны со времени творения». И это, конечно же, не способность ходить по воде как по суше или одним словом иссушать смоковницу. Только Бог смог стать настоящим Человеком. И только в Нём во всей полноте проявились те чудесные свойства, которые характеризуют человека как существо, принадлежащее иному измерению: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание.

А как же быть с теми сверхъестественными изменениями в стихиях, которыми повелевал Господь, с чудесами, которые Он творил? Некоторые святые отцы говорят, что если бы человек не согрешил, то обладал бы такими же способностями. Но всё же в Евангелии не на этом ставится акцент. Господь воплотился не для того, чтобы бесконечно являть чудеса, но для того, чтобы спасти человека. В этом свете, в контексте спасения мы и веруем тому сверхъестественному, что творил и творит Господь в Своей Церкви. Но не это, конечно же, является признаком истинности Православия: у нас, мол, Благодатный огонь, значит, у нас и Христос. Чудо в данном случае, скорее всего, наоборот, должно послужить поводом к смирению и обличению нашей глухоты: «Слово Его было преисполнено силы, — писал святитель Игнатий (Брянчанинов). — Но человеки ниспали глубоко во мрак и мглу плотского мудрования; сердца и умы их ослепли. Оказалось нужным особенное снисхождение к болезненному состоянию человеков. В помощь слову Божию даны Божии чудеса». Поэтому нельзя верить в чудо само по себе, вне контекста жизни человека, народа, человечества. В истинных чудесах нет никакой загадочности. Они всегда что-либо объясняют, подсказывают, к чему-то лучшему направляют. «Настоящее чудо, — писал Павел Флоренский, — и должно состоять именно в таком, рационально объяснимом в широком смысле явлении». В этом смысле чудо в православной духовной традиции называют знамением. То есть признаком присутствия Господа в жизни человека. Но особенно ярко Его участие чувствуется в трудные минуты жизни людей.

«Знамения — снисхождение к немощи человеческой», — писал святитель Игнатий (Брянчанинов). Истинная причина благодатного чуда — это покаяние человека, ответ на смиренное сокрушение в своих грехах, которые покрыло Божие милосердие. Точно так же было в 1240 году, когда Божия Матерь утешила Своим явлением русский народ на горе Почаевской во время нашествия Орды. А потом и чудотворной иконой и мощами преподобного Иова в трудное время католической экспансии. Здесь всё разумно и последовательно, здесь всё говорит о покаянии, о смирении и о Промысле Божием, спасающем человека. Поэтому народ наш очень любит засвидетельствованные Церковью почаевские чудеса.

«Чудо — это отношение к факту», — писал отец Павел Флоренский. В качестве наглядного примера для иллюстрации этой мысли можно привести слова одной верующей старушки, которая жила всю жизнь на далёком хуторе, почти в лесу. Когда она впервые увидела  мобильный телефон, то тут же воспела хвалебную песнь Господу: «Это ж надо, какие чудеса творит Господь! Рождается человек в этот мир совсем маленьким несмышлёнышем, и кто бы мог подумать, что когда вырастет, он такие удивительные вещи сможет сотворить!» Как-то сами собой вспоминаются евангельские строчки: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5, 8). Наверное, в этом и заключается то главное условие, при котором возможно увидеть истинное, Божие чудо.

По материалам журнала «Отрок» (статья Д.Таргонского «Апология чуда»).

 

18.12.2017
Тип материала: 
Новостной