КОГО МОЖНО СЧИТАТЬ ВОЦЕРКОВЛЕННЫМ ЧЕЛОВЕКОМ? Ответы пастырей

Про кого можно сказать, что он живет настоящей церковной жизнью? И что можно считать своего рода недовоцерковленностью и личным недохристианством?

Причащение. Фото: А.Горяинов / Expo.Pravoslavie.Ru

Причащение. Фото: А.Горяинов / Expo.Pravoslavie.Ru

Пока человек в отношениях с Богом ищет только своего, он и есть «недохристианин»

Священник Александр Дьяченко:

Священник Александр Дьяченко

– Помню, рассказывала мне одна молодая женщина, как она однажды, будучи в областном центре, будним днем зашла в кафедральный собор. Народу почти никого. Взяла несколько свечек и пошла молиться.

Помолившись, направилась к выходу, и в этот момент ее окликнула одна из тамошних бабушек и сочувственно поинтересовалась:

– Что, бросил?

– Кто? Муж? Нет, всё в порядке.

– Тогда что же, гуляет?

– С чего это вы взяли? Нет, не гуляет.

 

Сама болеешь? Или дети?

– Слава Богу, как у всех.

– Так, может, на работе у тебя неприятности? – недоумевает старушка.

Женщина смеется:

– Всё в порядке, бабушка.

– Тогда убей не пойму, что ты здесь делаешь, зачем в храм пришла.

Реальный разговор, а звучит словно анекдот. Так бывает, когда идет человек в церковь, потому что надо ему проблемы свои решить. Сейчас он Богу свечку поставит, лоб перекрестит – Господь и поможет.

Так вот, пока человек в отношениях с Богом ищет только своего, он и есть, как вы говорите, «недохристианин». Христианин ищет Самого Бога. Удобно ему будет идти с Ним по жизни или не очень, сытно или впроголодь, вопрос для него неглавный.

«Должно вам родиться свыше» (Ин. 3: 7), – говорит Господь Никодиму, и без покаяния здесь никак не обойтись. Слезет человек с пьедестала памятника собственной гордыни, встанет перед Христом на колени, тогда от храма, от Причастия его уже будет не оторвать. Палками бить станут – он всё равно пойдет.

Сопричастность христианина Церкви определяется мерой реальной приверженности заповедям Спасителя

Священник Димитрий Выдумкин:

Священник Димитрий Выдумкин

Думаю, что при осмыслении этих вопросов нам меньше всего следует опираться на те или иные внешние критерии. Ибо есть ли у нас четко сформулированный и вполне ясный ответ на вопрос: «что такое воцерковленность»? И можем ли мы как-то описать подлинную церковную жизнь, не оказавшись в плену ограниченности своих собственных представлений?

Отвечая на эти вопросы, мы можем лишь попытаться направить мысль того, кому предназначены ответы, в правильном направлении. Лично для меня это направление было задано одним опытным духовником еще в период моей юности. Тогда, помню, он сказал мне: «Если ты захочешь понять, насколько глубоко ты находишься в Церкви, прислушайся к своему сердцу после того, как тебе случится вдруг пропустить воскресную Литургию. Если при этом на сердце будет тоска, которая не будет оставлять тебя в течение дня, значит, ты живой ее член. Если же для твоего внутреннего мира это событие пройдет почти незаметно и никакой скорби ты не ощутил, то ты в реальности пока лишь у врат ее стоишь, как оглашенный, и тебе еще только предстоит по-настоящему в нее войти».

Этот первый критерий, как мы видим, носит глубоко личный характер. Лишь сам человек, прислушавшись к своему сердцу, может попытаться понять, насколько он «вживлен» (не люблю слово «интегрирован») в жизнь Церкви. Но со стороны это понять нам не дано.

Другой критерий мы могли бы поискать в области внеритуальной жизни христианина. Церковное богослужение и Таинства для нашей нравственной жизни есть училище благочестия. Церковные тексты, содержащие в себе либо отрывки из Священного Писания, либо поэтическое истолкование их, либо примеры воплощения Евангелия в жизни святых, выстраивают для нас систему координат. Насколько воспринял христианин эту систему координат, насколько верен он в жизни тем идеалам, которые Церковь воспевает в Своем богослужении, настолько он и церковен. Жизнь Церкви вся выстроена вокруг заповедей Спасителя. И сопричастность христианина Церкви и вообще истинному христианству определяется лишь мерой его реальной приверженности этим же заповедям.

Важнейший критерий воцерковленности – присутствие мирного духа, духа Христова

Священник Димитрий Шишкин:

Священник Димитрий Шишкин

Всё-таки первое, что просится на ум, – это исполнение каких-то простых, но обязательных правил церковной жизни, известных всем мало-мальски воцерковленным людям. То есть присутствие на вечерней службе в субботу или накануне праздника, а также на Литургии в воскресный день хотя бы раз в месяц. Причем присутствие не на пять-десять минут, а как положено – от начала и до конца службы. Конечно, если нет каких-то объективных препятствий. Это важно, потому что и болезни бывают, и отсутствие храма в пределах реальной доступности, и разные погодные (природные) обстоятельства и т.д. Но при отсутствии всех этих коллизий посещение храма и службы нормально каждую неделю.

Далее, конечно, критерием воцерковленности надо признать участие в Таинствах исповеди и Причастия хотя бы несколько раз в году. Раньше говорили о необходимости Причащения каждым многодневным постом, которых у нас, напомню, четыре. Но сейчас (и это радует) большинство прихожан стараются причащаться чаще, хотя бы раз в месяц. И это хорошо.

Кроме того, надо сказать о правиле домашнем, то есть о каких-то минимальных требованиях исполнения утренних и вечерних молитв, молитв перед едой и после еды, перед работой и после работы. Обязательной нормой для воцерковленного человека можно назвать и чтение Священного Писания, а особенно Нового Завета.

Периодичность может быть разной: каждый день, раз в два-три дня или раз в неделю, в зависимости от обстоятельств, но постоянство – это норма. Кто-то скажет: ригоризм и начетничество! Ничуть – обычный христианский образ жизни.

Но и это еще не всё. Важнейшим критерием воцерковленности надо назвать присутствие мирного духа, духа Христова. Апостол говорит: «Кто духа Христова не имеет, то и не Его» (Рим. 8: 9). А один из основных признаков, если можно так сказать, духа Христова – это строгость к себе и снисхождение к другим. Не потакание грехам и не оправдывание лжи, но именно сострадательное и духовное отношение к человеку как к высшему творению Божиему, призванному ко спасению. Мне кажется, это важно: при исполнении всех правил, о которых мы говорим и которые действительно необходимы, не забывать, что цель наша состоит в том, чтобы стяжать дух Христов, уподобиться Христу, облечься в Него. Вот это в собственном смысле слова и есть воцерковление, потому что Церковь – это и есть тело Христово.

Насчет же того, что можно считать недовоцерковленностью и недохристианством… я бы воздержался от употребления этих терминов, хотя бы уже потому, что за всю историю жизни Церкви устами бесчисленного множества святых отцов были оговорены самые разные тонкости и нюансы церковной жизни и определены наименования всех важных для нашего спасения состояний, понятий и отношений. Насколько я знаю, среди этих терминов нет слов «недовоцерковленность» и «недохристианство», отчасти, может быть, потому, что суть человеческой жизни, особенно в духовном ее измерении, знает только Сам Господь, и нам легко ошибиться, оценивая человека только по каким-то внешним признакам, не зная содержания жизни его сердца и обстоятельств жизни вообще. Но это, конечно, не значит, что мы сами вправе пренебрегать теми критериями церковной жизни, о которых мы говорили выше.

Невозможно жить настоящей церковной жизнью обособленно, в отрыве от общины

Священник Сергий Бегиян:

Священник Сергий Бегиян

Этот вопрос не такой простой, как кажется. Несомненно, что жить настоящей церковной жизнью – это идеал каждого верующего человека. Наверное, в разные годы я бы по-разному отвечал на этот вопрос. Сегодня я могу сказать так: невозможно жить настоящей церковной жизнью обособленно, в отрыве от общины. Настоящая церковная жизнь общинна, соборна по духу. Где нет такого общего начала, там мало и церковности в высоком смысле слова.

Можно ходить на службы, участвовать в Таинствах, то есть пытаться осуществить свое индивидуальное христианство, но исполнить заповеди в одиночку затруднительно. Невозможно смириться, когда нет смиряющего; невозможно утешить, когда нет плачущего и т.д. Это простые, грубые примеры, но суть именно такова. Христианство осуществляется через двойную жертву – Богу и ближнему. Церковная община помогает усовершенствовать и первое, и второе.

Если община сильна – то тогда действительно приход подобен кораблю, плывущему по житейскому морю. Если община разделена на многих молящихся знакомцев (как оно происходит почти повсеместно), то мы переплываем море на байдарке. Может, конечно, повезти, и ты переплывешь. А может, и нет.

Недовоцерковленность – когда человек только берет от храма: Таинства, благодать, молитвы и прочее, – а сам ничего не дает, никогда не спросит, чем помочь. Может, банально после службы убрать некому. Недовоцерковленность еще и поверхностное хождение на богослужения без попытки что-то понять, стать ближе к Богу, хождение в церковь в силу традиции или по инерции.

Недохристианство – это некая косность, нежелание работать над собой. Человек ходит в храм, но уже не думает о своем исправлении, а уже его мозг работает, как бы исправить детей, внуков, мужа и проч. Недохристианство – это Ветхий Завет. Когда ты читал, читал: «не укради», «не прелюбы сотвори», «чти отца и мать» и прочее, а вот до «блаженны плачущии» – не дочитал. И так и остался христианским фарисеем, почитающим свой покой и комфорт превыше всего и на любое обвинение так и отвечающим: «Благодарю Тебя, Боже, что я не как другие человецы, пощусь дважды в неделю» и т.д.

Христос пришел низвести огонь (ср.: Лк. 12: 49) Божественной любви. И желает, чтобы этот огонь снедал нас и от любви к Нему мы восходили бы все к большему подвигу. Этот огонь не позволяет душе успокоиться на достигнутом (поскольку, в сущности, мы ничего не достигаем), но все время толкает нас вперед, как говорит апостол Павел: «Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Флп. 3: 13–14).

Поэтому, говоря кратко, недохристианство и значит успокоенно почитать себя «достигшим» и имеющим «православные гарантии спасения», а не в «муках рождения» каждый день распинаться миру.

Для воцерковленного человека радостью являются радости Церкви

Священник Валерий Духанин:

Священник Валерий Духанин

Воцерковленность определяется по достаточно четкому критерию. Воцерковленный человек – это человек, который не может без Церкви. Его тянет в храм, в храме его душа расцветает, радуется, наполняется жизнью. Без богослужения и Таинств он задыхается, угасает. Он, конечно, может по усталости пропустить молитвенное правило, но без молитвы все равно не может.

Поэтому насколько жизнь Церкви стала жизнью твоей души, настолько ты и чадо Церкви. Насколько ты жаждешь общения с Господом в Таинствах и богослужениях, настолько Божия благодать и очищает тебя. А вот если тебя не тянет в храм, если ты думаешь, что лучше вместо всенощной пойти в гипермаркет, а вместо Литургии отоспаться, то какая у тебя воцерковленность?

Для воцерковленного человека радостью являются радости Церкви: Рождество, Воскресение Господа, ниспослание Святого Духа апостолам. Он переживает эти события как сопричастный Евангелию, воспринимает самым сердцем события из жизни Господа как имеющие отношение к каждому из нас. Он живет постами и праздниками церковного года, а мирские праздники отступают на второй план.

И еще добавлю, что важный критерий воцерковленности – насколько твоя душа стала милостивой к ближним. Ведь когда касается сердца благодать Христова, то внутри сияет что-то чистое, доброе, такую душу ничто не гнетет и она с радостью и любовью относится к окружающим. Если же ты ходишь в храм и тут же грубо одергиваешь стоящих рядом, если везде провоцируешь с кем-то конфликт, то, значит, еще не воспринял ты от Церкви мирный и любвеобильный дух, еще есть тебе над чем работать. Каждый из нас имеет свою степень недовоцерковленности. Но каждому открывается и удивительный путь – воспринимать у Матери-Церкви несказанные духовные дары, которые утешают, укрепляют, радуют и приобщают благодати Духа Святого.

Подготовил Юрий Пущаев

Материал с сайта: ПРАВОСЛАВИЕ.РУ

07.09.2019
Тип материала: 
Новостной